Форум Судебных Экспертов Республики Беларусь - Просмотр темы - Судебно-психиатрическая экспертиза по уголовным делам в США
Уважаемые коллеги! Приглашаем всех принять участие в общении на форуме!
Предыдущее посещение: менее минуты назад Текущее время: 23 авг 2019




 [ Сообщений: 3 ] 
Судебно-психиатрическая экспертиза по уголовным делам в США 
Автор Сообщение
Модератор
Аватара пользователя

Сообщения: 1574
Репутация: 24
QR сообщения QR code
iOS 5 + ANDROID
Сообщение Судебно-психиатрическая экспертиза по уголовным делам в США [#1]
Судебно-психиатрическая экспертиза по уголовным делам в США
(Некоторые медицинские и юридические аспекты)

В.В. Мотов (Тамбов)

npar.ru/journal/2003/3/evaluation.htm

Российскому психиатру, желающему получить представление о том, как происходит судебно-психиатрическая экспертиза по уголовным делам в Соединенных Штатах, есть смысл, хотя бы в самых общих чертах, познакомиться с американской юридической системой. Система эта отличается от российской в своей основе. Многие правовые принципы в ней сформулированы не федеральными или штатными законодательными органами, а судьями в процессе рассмотрения конкретных судебных дел.
В каждом штате, наряду с федеральной, существует своя собственная система уголовного права, действие которой ограничено пределами штата. Наказание за одно и то же преступление, совершенное, например, в Техасе и Иллинойсе может заметно отличаться. Судебная система также представлена федеральными судами и судами штата. В каком из судов будет рассматриваться уголовное дело, зависит от ряда факторов, в том числе, от характера правонарушения, желания окружного прокурора и т.д. Кроме того, во всех штатах существуют специальные суды для несовершеннолетних правонарушителей (Juvenile Courts). В значительном числе штатов сохранена смертная казнь, при этом не во всех из них установлен минимальный возрастной порог для ее применения в отношении совершившего особо тяжкое преступление несовершеннолетнего.[2]
Судебный процесс имеет ярко выраженный состязательный характер, устному слову отдается предпочтение. В суде с присяжными главные действующие лица- стороны и их юристы. В данном случае судья, по большей части, лишь следит, чтобы не нарушались «правила игры». Основной вопрос: «виновен - невиновен» решает жюри присяжных, состоящее, обычно, из 12 человек. Решение жюри (должно быть принято единогласно)- окончательное, судья должен с ним согласиться, даже если считает его неправильным и неразумным. При вердикте «невиновен» подсудимый освобождается в зале суда. В противоположном случае судья назначает дату судебного заседания для вынесения приговора.
Однако большинство уголовных дел в США (в некоторых регионах США до 90%) решается не судом присяжных.[1]. Подсудимый «идет на сделку» (plea bargaining) с представителем офиса окружного прокурора, поддерживающего обвинение и в обмен на смягчение обвинения, признает себя виновным. Обычно обвиняемый соглашается на plea bargaining только в том случае, если и судья соглашается с рекомендуемым стороной обвинения смягчением наказания.
Путь, который проходит человек, совершивший, к примеру, разбойное нападение, от момента задержания до вынесения приговора в общих чертах выглядит так:
после задержания полицией, выполнения рутинных процедур (регистрация, фотографирование, снятие отпечатков пальцев, и т.д.) правонарушитель предстает перед судьей суда низшей инстанции (магистрат или судья полицейского суда). Судья сообщает задержанному о его правах, распоряжается о назначении защитника (если он не может самостоятельно оплачивать услуги адвоката) и может освободить задержанного под денежный залог. Далее в действие вступает офис окружного прокурора- орган, напоминающий российскую районную прокуратуру, однако, с более ограниченными правами. Здесь решается вопрос о том, насколько убедительны факты, свидетельствующие против обвиняемого. Если фактов недостаточно, дело может быть прекращено уже на этом этапе. Если факты убедительны, назначается предварительное слушание дела одним судьей суда низшей инстанции. Задача судьи на этом этапе - взвесить доводы обвинения. ( В некоторых штатах это делает не судья, а «большое жюри» состоящее в разных штатах из разного числа людей, в Техасе, например, оно должно состоять из не менее чем 15, но не более, чем 20 человек)[2]. Если доводы неубедительны, обвиняемый освобождается от уголовного преследования. Если убедительны, судья направляет дело в суд более высокой инстанции, уполномоченный решать уголовные дела. Если подсудимый не признает своей вины, он имеет право выбрать между судом с присяжными и судом одним судьей. В случае несогласия с решением жюри присяжных или приговором суда, он может подать апелляцию в вышестоящий суд. Высшим апелляционным судом является Верховный Суд США.

Общие положения

Судебная психиатрия как медицинская специальность признана Американским советом по медицинским специальностям (American Board of Medical Specialties) и немалое количество университетских медицинских центров в США имеют программы специализации и усовершенствования в области судебной психиатрии, одобренные Аккредитационным советом по последипломному медицинскому образованию (Accreditation Council for Graduate Medical Education).[3] C 1969г. в Соединенных Штатах существует влиятельная профессиональная организация судебных психиатров - Американская академия психиатрии и права (American Academy of Psychiatry and the Law –AAPL)[3], входящая в Американскую психиатрическую ассоциацию (American Psychiatric Association –APA).
Вместе с тем, то, что в России называется судебно-психиатрической экспертизой, следовало бы назвать в США исследованием психического состояния испытуемого специалистами в области психического здоровья по запросу сторон или судьи. В большинстве штатов клинические психологи со степенью Ph.D. или Psy.D. вправе давать экспертные заключения по тем же самым вопросам, что и психиатры, а в части штатов и психиатрическим социальным работникам с докторской степенью разрешается давать заключение по вопросу о возможности обвиняемого предстать перед судом. Подробнее на этом удивительном для российского судебного психиатра обстоятельстве я остановлюсь ниже.
В США, в отличие от России, нет монополии государства на проведение СПЭ. Она может проводиться специалистами в области психического здоровья, работающими как на штат, так и частнопрактикующими. Нет и учреждения, аналогичного ГНЦ социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского, жестко диктующего политику в области судебной психиатрии, обладающего правом контроля качества психиатрических заключений. В Америке врач – психиатр называет себя судебным психиатром, если большая часть его работы связана с оценкой психического состояния испытуемого по запросу защиты, обвинения или решению судьи. Само понятие «судебно-психиатрическая экспертная комиссия» с утвержденным территориальным органом здравоохранения составом ее членов представляется коллегам в США чем-то чрезвычайно необычным. Проводить СПЭ в США может и один психиатр или клинический психолог (а в некоторых случаях и психиатрический социальный работник) и два и более. Но, даже если это три или более специалиста в области психического здоровья, работающих вместе, функции их не распределяются как «председатель», «член комиссии» и «докладчик».
В большинстве штатов, чтобы поставить вопрос о невменяемости обвиняемого перед жюри присяжных и оспорить существующую «презумпция вменяемости», обвиняемый должен предоставить «некоторые доказательства» (some evidence) своей невменяемости.
По мнению А. Goldstain ( 1967 ), «крупица» (scintilla) доказательств достаточна, чтобы оспорить «презумпцию вменяемости».[4] В то же время «крупица» понимается разными судами по-разному. Так, например, Апелляционный суд США для 8 округа в деле United States v. Lewellyn(1983) указал, что для того, чтобы поставить перед жюри присяжных вопрос о невменяемости обвиняемого, страдающего патологической страстью к азартной игре (pathological gambling), недостаточно одного факта наличия у него признаков такого психического расстройства, необходимо показать, что хотя бы некоторые лица, страдающие этим психическим расстройством, в значительной мере утрачивают способность приспосабливать свое поведение к требованиям закона.[5]
В делах, где обвиняемый заявляет о своей невменяемости (insanity defense), американский психиатр (или клинический психолог), давший письменное заключение о психическом состоянии испытуемого для любой из сторон обязательно лично присутствует в судебном заседании, где подвергается перекрестному допросу. Для российского судебного психиатра может показаться необычным, что в одном и том же штате эксперту в области психического здоровья не разрешается в федеральном суде, но может быть разрешено в судах штата отвечать на вопрос, содержащийся в юридическом критерии «формулы невменяемости». Если мы возьмем знакомую коллегам российскую «формулу невменяемости» и «имплантируем» ее в данную ситуацию, то в федеральном суде эксперт мог бы ответить, что в период совершения противоправных действий испытуемый страдал, например, хроническим психическим расстройством в форме шизофрении и обосновать диагноз, но эксперту не разрешалось бы пойти дальше и сказать, что испытуемый в тот период времени не мог (или мог, или мог, но не в полной мере) осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, т.к., согласно пункту «б» правила 704 действующих Федеральных правил предоставления доказательств (Federal Rules of Evidence), ответ на этот вопрос дает лишь жюри присяжных или судья (если суд происходит без присяжных.)[6]
Однако, тот же эксперт, вполне вероятно, имел бы право это сделать, если то же самое дело слушалось бы в суде штата. ( Федеральные правила предоставления доказательств являются обязательными лишь для федеральных судов; суды штатов сами выбирают, следовать этим правилам или нет).
В США, в отличие от России, подавляющее большинство СПЭ в уголовном процессе проводится для определения способности обвиняемого по своему психическому состоянию предстать перед судом. Вопрос об этом может быть поднят как самим обвиняемым или его адвокатом, так и стороной обвинения, а также и судьей sua sponte.
L. Gostin (1984), ссылаясь на публикацию Bacon, относящуюся к 1969г, пишет буквально следующее: «одно исследование показало, что на каждого обвиняемого, признанного судом невменяемым приходится по крайней мере 100 обвиняемых, признанных не способными предстать перед судом и направленных в учреждения для
психически больных правонарушителей»[7]. После покушения Hinckley на президента США Рейгана (30 марта 1981г.) и последовавшего затем (как реакция на чрезвычайно спорное признание Hinckley невменяемым) удаления волевого критерия из формулировок «формулы невменяемости» в большинстве штатов, защита на основании невменяемости стала еще более труднодостижима.[4] СПЭ для решения вопроса о возможности обвиняемого предстать перед судом довольно часто проводится в больнице штата специалистами, работающими на штат. Суды (как и в России) в основном полагаются на письменное заключение экспертов, судебные слушания с участием экспертов, представляющих стороны, перекрестный допрос экспертов происходят редко. Последние два десятилетия отмечается тенденция к учащению амбулаторных экспертиз, проводящихся не психиатрами (клиническими психологами и даже психиатрическими социальными работниками) по данной категории дел.
Экспертное заключение специалиста[5] в области психического здоровья может потребоваться также для определения возможности обвиняемого по психическому состоянию заявить о совершенном им преступлении (competency to confess), отказаться от права на адвоката (competency to wave the right to counsel), признать свою вину (competency to plead guilty), давать показания (competency to testify- чаще в отношении свидетелей, чем обвиняемых). Оно может потребоваться и для решения вопроса о возможности исполнения приговора смертной казни в отношении осужденного, у которого после вынесения приговора развилось психическое расстройство[6]. Решение суда о невозможности исполнения в данное время приговора и необходимости лечения осужденного «до выхода из болезненного состояния» ставит перед психиатрами серьезную этическую проблему: чем успешнее психофармакологическое лечение, тем скорее умрет их пациент.
Кто эксперт?

Правило 702 Федеральных правил предоставления доказательств определяет эксперта как лицо, правомочное свидетельствовать по данному вопросу по причине наличия у него знаний, квалификации, опыта, подготовки или образования. При этом, эксперт, в отличие от свидетеля, может не просто излагать факты, но формулировать свое мнение в форме заключения.[8].
До начала 1960-х гг. лишь врач, закончивший резидентуру[7] по психиатрии и сертифицированный Американским Советом по Психиатрии и Неврологии (American Board of Psychiatry and Neurology) мог давать в суде заключения по вопросам, касающимся наличия или отсутствия у испытуемого психического расстройства и связи этого расстройства с противоправным деянием.[9,10]
Однако в 1962 Апелляционный Суд США для Округа Колумбия в деле Jenkins v. United States решил, что и клинические психологи имеют право давать экспертные заключения по тем же самым вопросам. Существо дела очень точно сформулировал судья Berger. Вот цитата из его, выраженного письменно, мнения: «... Вопрос сейчас не в том, может ли заключение психолога быть допущено в качестве доказательства в суде, где исследуется предмет психического здоровья - так вопрос не стоял и прежде. Такое заключение в форме психологических тестов и анализа и объяснений таких тестов психологом давно было допустимо. Никто не сомневается, что это допустимо в качестве доказательства. Настоящий обсуждаемый вопрос состоит в том, компетентны ли клинические психологи, под которыми мы понимаем лиц, имеющих степень «доктор философии в психологии» и также дополнительную подготовку в качестве клинических психологов, в научном смысле, а следовательно и в правовом смысле, (1) устанавливать диагноз и характерные признаки психической болезни и (2) причинную связь между болезнью и противоправным деянием. Вопрос может быть также поставлен таким образом: могут ли даваться медицинские заключения и устанавливаться медицинские диагнозы доктором философии в психологии с дополнительной клинической подготовкой и могут ли эти заключения и диагнозы быть предметом экспертного свидетельства такого специалиста?»[11]
Американская психиатрическая ассоциация убеждала суд не допускать психологов в качестве экспертов по вопросам,. касающимся установления диагноза психического расстройства и связи психического расстройства с противоправным деянием, т.к. «диагностический синтез всех собранных данных должным образом осуществляется лишь лицом с высшим медицинским образованием, с обширными профессиональными знаниями, опытом... и диагноз должен отражать всестороннюю медицинскую оценку в которой должное значение придается всем имеющимся в наличии данным... Клинический психолог, не имея медицинской подготовки и специализации, требуемой для дипломированного психиатра, не в силах устанавливать целостный медицинский диагноз и вслед за тем давать заключение в качестве медицинского эксперта.»[12].
Меньшинство суда, среди которого оказался и председатель суда W. Miller, подчеркивая, что психическая болезнь есть медицинская проблема, и что установление характеристик такой болезни часто трудный процесс даже для врачей с большим профессиональным опытом, назвали «сущей глупостью» ("sheer folly") приписывание психологу, не являющемуся медицинским специалистом, наличия медицинских знаний и разрешение называться экспертом в таком трудном деле как диагностирование психических болезней[13].
Судья Bazelon, сформулировавший мнение большинства суда, обратил внимание на то, что степень Ph.D. в клинической психологии включает в себя обширную подготовку и опыт в диагностике и лечении психических расстройств. Обычно это изучение общей психологии, теории личности и психодинамики, психопатологии, методов диагностики, приемов психотерапии, аспектов физиологии, анатомии и клинического обследования. Обязательна годичная интернатура в психиатрическом стационаре. Определение возможности психолога давать экспертное заключение по вопросам, касающимся наличия или отсутствия психической болезни или умственной отсталости, по мнению большинства суда, должно основываться не на названии «психолог», а на характере и объеме знаний специалиста. И когда вслед за завершением программы послевысшего психологического образования следует работа с психиатрами и неврологами по диагностике и лечению, и психолог приобретает действительный опыт, заключение такого психолога по упомянутым вопросам может быть принято как доказательство для суда. Отсутствие медицинской степени (M.D.) и меньшая степень ответственности за лечение пациента не являются автоматической дисквалификацией клинического психолога. Критическим фактором, указал суд, является действительный опыт эксперта и доказательная ценность его заключения. Вопрос о том, достаточна ли квалификация специалиста, чтобы давать заключение по данному вопросу должен решаться лишь судьей. Весомость экспертного заключения допущенного судьей в качестве доказательства оценивает только жюри присяжных.[14]
С моей точки зрения, решение суда в деле Jenkins v. United States не просто изменило лицо судебной психиатрии в Соединенных Штатах, оно явилось одним из поворотных в истории американской психиатрии вообще, дав мощный толчок драматическому процессу перераспределения функций между американскими психиатрами, психологами и психиатрическими социальными работниками, выражающемуся в нарастающей «демедицинизации» американской психиатрии на протяжении последних десятилетий. После Jenkins большинство штатов разрешили клиническим психологам со степенью «доктор философии в психологии» или «доктор психологии» давать экспертное заключение по вопросам невменяемости, а также и по другим вопросам, касающихся испытуемых с психическими расстройствами[15]. Более того, некоторые штаты разрешили психологам, имеющим лишь степень «мастер» и даже социальным работникам (правда, лишь с докторской степенью) давать заключение о психическом состоянии испытуемого и возможности предстать перед судом.[16]
Следует, однако, отметить, что и судьи, и жюри относятся к психологам и психиатрическим социальным работникам, допущенным давать заключения по вышеуказанным вопросам, как к экспертам «второго сорта»[17]
Заключение эксперта

Правило 401 Федеральных правил предоставления доказательств устанавливает, что любые данные ( в том числе и экспертное заключение) лишь тогда является «имеющим отношение к делу», когда они проясняют значимые для дела обстоятельства.[18]
В соответствии с Правилом 403, имеющие отношение к делу данные обычно допускаются судом в качестве доказательств по делу, если их доказательственная ценность перевешивает вероятность запутывания существа дела.[19] Кроме того, суды, допуская или не допуская экспертное заключение в качестве доказательства по делу, придерживаются «правила Frye», установленного в деле Frye v. United States (1923). Согласно «правилу Frye», базовое положение, из которого выводятся научные доказательства, должно быть в достаточной степени признанным в той специфической области, которой оно принадлежит.[20] Так, в уже упоминавшемся деле United States v. Lewellyn, суд не допустил в качестве доказательств по делу заключения психолога и психиатра стороны защиты о том, что лица, страдающие патологической страстью к азартной игре, могут в значительной степени утрачивать способность приспосабливать свое поведение к требованиям закона. Суд, сославшись на «правило Frуе", указал, что патологическая страсть к игре лишь недавно выделена как отдельное психическое расстройство и не более 20 психологов и 20-25 психиатров в США (события относятся к 1983г) имеют опыт диагностики и лечения данного психического расстройства.[21]
Однако не только обстоятельства, указанные выше, учитываются судьями при решении вопроса о том, допустить ли экспертное заключение психиатра в качестве доказательства по делу или нет. Пример - решение Верховного Суда США в деле Estelle v. Smith (1981). Председатель, судья Burger, формулируя мнение большинства, указал, что допущение в качестве доказательства экспертного заключения психиатра Dr. Grigson о том, что, обвиняемый по своему психическому состоянию представляет опасность (с учетом этого заключения психиатра об опасности обвиняемого также и в будущем, подсудимый был приговоренного в Техасе к смертной казни), нарушило Пятую поправку к Конституции США[8] т.к. обвиняемый перед проведением ему психиатрического обследования, о котором ни он сам ни его адвокат не просили, не был предупрежден, что он имеет право хранить молчание .[22]
Право обвиняемого на отказ отвечать на вопросы
психиатра стороны обвинения или психиатра, назначенного судом
Лицо, обвиняемое в совершении преступления, наказанием за которое может быть смертная казнь, не инициировавшее психиатрическое обследование и не пытающееся привести в качестве доказательств по делу какие-либо психиатрические сведения, не может быть принуждено отвечать на вопросы психиатра, если заявления, сделанные этим лицом в ходе психиатрического обследования могут быть использованы против него на стадии вынесения приговора[23]. Верховный Суд США, формулируя решение в том же деле Еstelle v. Smith (1981), указал, что заявления, сделанные обвиняемым добровольно в данной ситуации не противоречат Пятой поправке к Конституции США, однако заявления, сделанные обвиняемым в тюрьме, при его обследовании психиатром, который был выбран судом, а не самим обвиняемым не могут рассматриваться как данные «свободно и добровольно без каких-либо принуждающих влияний».[ 24]
Как видим, право обвиняемого на отказ отвечать на вопросы психиатра, производящего обследование по запросу стороны обвинения или суда распространяется на те случаи, когда все три из нижеописанных критериев присутствуют одновременно:
(1) обвиняемый не поднимал вопрос о проведении ему психиатрического обследования
(2) предъявленное ему обвинение предусматривает возможность назначения смертной казни
(3) полученная от обвиняемого в ходе его психиатрического обследования информация может быть использована против него на стадии вынесения приговора.
В то же время, остается нерешенным вопрос, имеет ли обвиняемый право не отвечать на вопросы психиатра в следующих случаях: (1) если ему инкриминируется преступление, за которое не может быть назначена смертная казнь,(2) если в данном штате смертная казнь не применяется.
Когда обвиняемый поднимает вопрос о своей невменяемости, но отказывается от психиатрического обследования психиатром стороны обвинения, штат может принудить его подвергнуться такому психиатрическому обследованию и обвиняемый не имеет права не отвечать на вопросы психиатра.
Ассоциация американских адвокатов рекомендует стандарт, согласно которому штат должен быть извещен об обследовании обвиняемого психиатром защиты в течение 48 часов, чтобы гарантировать столь же «свежие» результаты обследования психиатром стороны обвинения[25].
В ситуации, где у обвиняемого нет права не отвечать на вопросы психиатра, но он отказывается отвечать, судом могут быть применены 4 типа санкций:
1.Запрещение обвиняемому предоставлять суду какие-либо доказательства своего психического расстройства.
2. Обвиняемому может быть позволено заявить о своем психическом расстройстве, но запрещается использовать заключения психиатров защиты на этот счет
3. Обвиняемому позволяется представлять суду экспертное заключение психиатров защиты, но только ту его часть, которая основана на фактах открытых также и психиатру стороны обвинения (в тех случаях, когда обвиняемый давал частичную информацию экспертам стороны обвинения)
4. Обвиняемому позволяется представить полное экспертное заключение психиатров защиты, но присяжные информируются об отказе обвиняемого общаться с психиатрами обвинения.[26]
Между тем, даже когда обвиняемый не имеет права отказаться от обследования психиатром обвинения, сторона обвинения может быть ограничена или лишена возможности использовать результаты такого обследования.
Например, хотя обвинение может принудить обвиняемого подвергнуться психиатрическому обследованию для решения вопроса о возможности предстать перед судом, в большинстве штатов стороне обвинения запрещается: (1) использование результатов психиатрического обследования обвиняемого, когда обвиняемый не заявил основанную на результатах клинического обследования защиту ( например, защиту на основании невменяемости-insanity defense) (2) использование результатов обследования для иных целей, кроме предоставления возражений, когда такое заявление обвиняемым сделано (3) использовать доказательства, полученные из результатов обследования (например, предоставление орудия убийства, найденного на основании данных, почерпнутых из психиатрического заключения)[27].
В деле Estelle v. Smith (1981) Верховный Суд США указал, что после возбуждения уголовного дела штат должен информировать защиту о всяком обследовании, производящемся по запросу штата. Это позволяет защитнику объяснить подзащитному цель обследования и помочь выбрать тактику поведения: сотрудничать ли подзащитному с лицом, производящим обследование или нет. В то же время Верховный Суд США оставил открытым вопрос, может ли защитник присутствовать при проведении психиатрического обследования психиатром стороны обвинения.
Большинство судей полагают, что защитник не имеет права присутствовать в период проведения такого обследования.[28]
Судья Верховного Суда США Scalia так высказался по этому поводу: «Даже если защитник должен будет сидеть молча и не делать возражений по процедуре исследования, вряд ли кто-то может представить успешное психиатрическое обследование, в котором глаза обследуемого бегают туда-сюда между врачом и своим защитником...
Присутствие защитника в таком качестве чистого наблюдателя без возможности советовать, предлагать, возражать не имело бы отношения к предусмотренной Шестой поправкой[9] помощи защитника»[29].
Право обвиняемого на проведение СПЭ независимым психиатром

В 1979г .G. Ake был обвинен в убийстве семейной пары и нанесении ранений их двум детям в штате Оклахома. Ввиду странного поведения обвиняемого в тюрьме штата и на досудебном слушании, судья по собственной инициативе назначил ему психиатрическое обследование для решения вопроса о возможности обвиняемого предстать перед судом. В результате стационарного обследования в больнице штата, Ake был установлен диагноз хронически протекающей параноидной шизофрении с обострениями, дано заключение о его опасности и рекомендовано лечение в отделении с максимальным уровнем контроля в психиатрической больнице штата. Суд вынес решение о невозможности обвиняемого предстать перед судом и направил его в больницу штата. Через 6 недель главный судебный психиатр больницы сообщил суду, что обвиняемый может предстать перед судом. В это время обвиняемый получал по 200мг. аминазина 3р/д. и психиатр указал, что, если обвиняемый будет продолжать получать такую дозу аминазина, его состояние будет оставаться стабильным. Штат возобновил уголовное преследование.
Вскоре адвокат обвиняемого сообщил судье, что защита намерена поднять вопрос о невменяемости и заявил о необходимости проведения подзащитному психиатрического обследования для решения вопроса о его психическом состоянии в период совершения правонарушения. Он также обратил внимание судьи, что в течение 3-месячного пребывания обвиняемого в психиатрической больнице штата психическое состояние Ake в период совершения правонарушения не исследовалось, а сам обвиняемый, не имея средств, не мог пригласить психиатра и оплатить его услуги. Защита просила суд решить вопрос об обследовании обвиняемого психиатром, либо выделить средства для проведения такого обследования психиатром по выбору защиты. Судья отклонил ходатайство защиты
В суде психиатры, осматривавшие обвиняемого ранее с целью решения вопроса о возможности его предстать перед судом, заявили, что они не оценивали психического состояние обвиняемого в период совершения правонарушения и поэтому не могут дать заключение по данному вопросу.
Жюри признало Ake виновным, не имея при этом психиатрического заключения о его психическом состоянии в период совершения им правонарушения.
На стадии вынесения приговора штат настаивал на смертной казни, при этом прокурор ссылался на заключение психиатров штата об опасности обвиняемого и вероятности его опасного поведения также и в будущем. У обвиняемого не было психиатра, который мог бы опровергнуть это утверждение или представить доказательства для смягчения наказания.
Суд приговорил Ake к смертной казни по каждому из обвинений в убийстве и к 500 годам тюремного заключения по каждому из двух эпизодов стрельбы с намерением убить. Апелляционный суд штата Оклахома оставил приговор без изменений. Однако Верховный Суд США в 1985г отменил приговор и вернул дело в суд для нового рассмотрения.
Судья Marshall, представляя мнение большинства Верховного Суда США, указал, что более 40 штатов и федеральное правительство либо в законодательных актах, либо в судебных решениях установили, что обвиняемые, которые не могут оплатить услуги психиатра, имеют право, при определенных обстоятельствах, на «помощь психиатрической экспертизы».[30] Он также указал, что когда вопрос о психическом состоянии обвиняемого в период совершения правонарушения является значительным фактором, штат обязан обеспечить обвиняемому доступ к квалифицированному психиатру, который произведет соответствующее обследование и «поможет в оценке, подготовке и представлении защиты».[31] Для российского судебного психиатра фраза судьи Marshall о том, что психиатр не только производит психиатрическое обследование обвиняемого, но и помогает в оценке, подготовке и предоставлении защиты обвиняемому, кажется чем-то необычным. Ведь это означает, что иногда недостаточно, чтобы суд назначил обвиняемому психиатра, независимого от стороны обвинения т.к. в случае, если такой психиатр даст заключение о том, что, обвиняемый не страдал каким-либо психическим расстройством в период совершения правонарушения, а обвиняемый намерен осуществлять защиту, ссылаясь на свою невменяемость, данный психиатр не сможет «помочь в оценке, подготовке и реализации защиты». Значительное количество штатов позволяют обвиняемому, не удовлетворенному назначенным ему судом психиатром или несогласному с заключением такого психиатра, искать независимой СПЭ.
Я хочу закончить цитатой из одной из статей C Slobogin, профессора права в University of Florida- Gainesville,соавтора, пожалуй, самого солидного на сегодняшний день в США руководства "Law and the Mental Health System"(«Право и система охраны психического здоровья»). «Если бы неимущему обвиняемому можно было бы гарантировать беспристрастное обследование работающего на штат врача, тогда он был бы удовлетворен заключением. Но такая гарантия невозможна. Личные и профессиональные предпочтения в значительной степени влияют на клиническое заключение. Хотя нельзя исходить из предположения, что врачи вынесут заключение в пользу штата просто потому, что они оплачиваются штатом, практически они подвергаются различного рода влияниям со стороны штатных структур, что делает вероятным, что они будут «ориентированы на прокурора», по крайней мере, в «пограничных случаях».[32]
Литература

Friedman L.: American Law. W.W. Norton & Company, New-York, London, 1984, 362
Ibid.
American Academy of Psychiatry and the Law: About the organization. Online at aapl.org/org.html
Goldstein, A: The Insanity Defense 113, 1967 In Reisner R, Slobogin C, Rai A: Law and the Mental Health System.3rd edition. American Casebook Series. West Group. St. Paul, Minn., 1999, at p.429
United States v. Lewellyn, 723 F 2d.615. (1983)
Federal Rules of Evidence (2003) Article VII Opinions and Expert Testimony. Rule 704 Opinion on Ultimate Issue. Online at law.cornell.edu/rules/fre/overview.html
Gostin, L.: The Law and the Mentally Disabled Offender in the United States: In Mentally Abnormal Offenders edited by Michael Craft and Ann Craft, Bailliere Tindall, London Philadelphia Toronto...1984, at p.273
Federal Rules of Evidence(2003): Article VII Opinions and Expert Testimony. Rule 702.Testimony by Experts. Online at law.cornell. edu/rules/fre/overview.html
Rogow A: The Psychiatrists. New York, G.P. Putman’s Sons, 1970, at p.48
Jenkins v. United States, 307 F. 2d 637 (1962)
Reisner R, Slobogin C, Rai A.: Law and the Mental Health System. 3rd ed. Wes Group. St.P. Minn. 1999, at p.472
Ibid, at p 474
Ibid, at pp. 473-474
Ibid, at p. 471
Gass, R: The Psychologist as Expert Witness: Science in the Courtroom, 38. Md.L.Rev. 539, 544-554, 1979.
People v. Parney, 74 Mich.App.173,263 N.W. 2d.698 (1977)
Perlin, M: The Legal Status of the Psychologist in the Courtroom, 4 Men. Dis. L. Rptr. 194-196, 1980
Federal Rules of Evidence (2003): Article IV Relevancy and its Limits. Rule 401 Definition of "Relevant Evidence" Online at law.cornel.edu/rules/fre/overview.html
Federal Rules of Evidence (2003): Article IV Relevancy and its Limits. Rule 403 Exclusion of Relevant Evidence on Grounds of Prejudice, Confusion or Waste of Time. Online at law.cornel.edu/rules/fre/overview.html
Fry v. United States, 239 Fed.1013, D.C. Cir. 1923
United States v. Lewellyn... (see #5)
Estelle v. Smith: 451 US 454, 101 S. Ct. 1866, 68 L. Ed. 2d. 359 (1981)
Supreme Court of the United State Chief Justice Burger’s opinion in Estelle v. Smith.(1981) In Reisner R, Slobogin C, Rai A.: Law and the Mental Health ... at.p.493
Ibid.
Ibid.
Slobogin C., Estelle v. Smith; The Constitutional Contours of the Forensic Evaluation. 31 Emory L.J. 71, 103-104 (1981)
Federal Rules of Criminal Procedure 12.2
Raisner R, Slobogin C, Rai A: Law and the Mental Health... at p. 503
Ibid.
Supreme Court of the United States Justice Marshall’s opinion in Ake v. Oklahoma (1985) In Raisner R, Slobogin C, Rai A: Law and the Mental Healh...at p. 480
Ibid, at.p.482
Slobogin C: Estelle v. Smith: The Constitutional Contours of the Forensic Evaluation... at. p.132
Примечания

[1] Название отражает мой довольно ограниченный личный опыт в изучении судебной психиатрии в George Washington University и St. Elizabets Mental Hospital , а в связи с этим и отсутствие претензий представить полную картину судебно-психиатрической экспертизы в уголовном процессе в США Я попытался сосредоточится на тех аспектах , которые могут быть наименее знакомы коллегам либо существенно отличаются от российской практики. Что касается вопроса о возможности психиатра писать о «правовых аспектах», могу «в свое оправдание» лишь сказать, что в течение 2001-2 академического года я слушал курс «Право и Психиатрия» в George Washington University и Georgetown University и курс "Evidence" («Доказательственное Право») в течение семестра в George Washington University.
[2] Верховный Суд США в деле Thompson v. Oklahoma (1988) хотя и запретил применение смертной казни в отношении 15 летнего подростка в штате Оклахома, однако большинство (5 судей из 9-и) в суде было достигнуто за счет мнения судьи Sandra O’Сonnor, которая, высказавшись о невозможности применения смертной казни в данном конкретном случае, в отличие от других четырех судей , указала, что если бы штат Оклахома установил в законодательном порядке, например 14 лет в качестве нижней возрастной границы для применения смертной казни, 15 летний подросток мог бы быть казнен. См. Ratner, RA: Juvenile Justice: An Update .In Adolescent Psychiatry: The Annals of the American Society for Adolescent Psychiatry, 24.Hillsdale, NJ: The Analytic Press, 1999, pp.143-158
[3] В апреле 2002 г. мне посчастливилось встретиться с основателем и первым президентом AAPL Dr.Jonas Rappeport..на ежегодном собрании регионального отделения AAPL в Бетесде, штат Мэриленд. Я в высшей степени благодарен моему учителю Dr. R. Ratner за организацию этой встречи и за приглашение выступить в качестве a guest speaker с получасовой лекцией об изменениях в российской психиатрии со времени распада СССР.. Dr. Rappeport с теплотой вспоминал ту историческую поездку в Советский Союз в 1989г в составе группы американских психиатров, изучавших состоянии психиатрии и факты недобровольной госпитализации в советские психиатрические больницы по политическим мотивам. Подготовленный комиссией доклад был опубликован и в Советском Союзе.
Следование рекомендациям доклада сделало возможным возвращение официальной российской психиатрии во Всемирную психиатрическую ассоциацию в 1991г. и в значительной степени способствовало принятию в России Закона о психиатрической помощи в 1992г.
[4] В 2002г, посещая в течение полугода судебно-психиатрическое отделение психиатрической больницы Св. Елизаветы в Вашингтоне, Округ Колумбия, я встретился лишь с одним делом, где поднимался вопрос о невменяемости, все остальные экспертизы проводились для решения вопроса о возможности обвиняемого предстать перед судом.
[5] Фраза «экспертное заключение специалиста» может показаться юридически неграмотной, т.к. в России «эксперт» и «специалист» юридически разные понятия и заключение специалиста нельзя назвать «экспертным». В то же время я не мог найти более подходящего термина (объединяющего психиатра, клинического психолога и психиатрического социального работника в одну профессиональную группу), чем «специалист в области психического здоровья».
[6] В соответствии с Мадридской декларацией, одобренная Генеральной Ассамблеей Всемирной Психиатрической Ассоциации 25 августа 1996г., психиатр ни при каких обстоятельствах не должен участвовать в определении возможности исполнения приговора смертной казни, даже если этот приговор вынесен в соответствии с законом, действующим в данной стране. См. The Declaration of Madrid: In Ethics, Culture, and Psychiatry .International Perspectives. Edited by Ahmed Okasha, Julio Arboleda-Florez, Norman Sartorius. American Psych. Press. Inc .Washington, DC, London, England, 2000, at.p.214
[7] Резидентура (Residency).- программа специализации врача в избранной им области, начинающаяся сразу после окончания высшего медицинского учебного заведения. Ее продолжительность для разных врачебных специальностей различна. Психиатрическая резидентура, например, продолжается 4 года
[8] Пятая поправка к Американской Конституции, принятая в 1791г., запрещает принуждение обвиняемого к даче показаний против самого себя
[9] Имеется в виду Шестая поправка к Конституции США, приятая в 1791г и гарантирующая право обвиняемого на помощь адвоката в уголовном процессе

_________________
"Безумные представления не составляют необходимого признака психических болезней"
Вильгельм Гризингер


10 сен 2013 Профиль
Эксперт
Аватара пользователя

Сообщения: 1001
Репутация: 19
QR сообщения QR code
iOS 5 + ANDROID
Сообщение Re: Судебно-психиатрическая экспертиза по уголовным делам в [#2]
Суд в США признал вменяемым предполагаемого партнера Виктора Бута

Федеральный суд Нью-Йорка на основании взаимоисключающих оценок двух психиатров на минувшей неделе признал вменяемым Ричарда Чичакли, которого власти США называют подельником осужденного за торговлю оружием Виктора Бута.
Психическое состояние Чичакли оценивали два эксперта - Эрик Голдсмит (Eric Goldsmith) и Шерил Парадис (Cheryl Paradis). Они встречались непосредственно с Чичакли, а также общались с его адвокатом и связывались по телефону с его дочерью Ариэль, следует из имеющихся в распоряжении РАПСИ судебных документов.
Голдсмит пришел к выводу, что Чичакли не отдает в полной мере отчет своим действиям в силу того, что у него наблюдается психическое расстройство. «…Он не в состоянии понять характер и последствия… судебного разбирательства по его делу и выступать в качестве адвоката в свою же защиту», - утверждает психиатр.
Парадис делает противоположное заключение, допуская, что у Чичакли расстройство личности, но это якобы не сказывается на его способности выступать в свою защиту и консультироваться с назначенным судом адвокатом. «Никакого серьезного психического заболевания нет», - констатирует психиатр.
У суда возникли замечания по двум представленным заключениям. В частности, судья Уильям Полей обратил внимание на легковерность Голдсмита, который в своей оценке якобы чрезмерно полагается на суждения дочери Чичакли. Что касается Парадис, то, по мнению судьи, психиатр в своем исследовании не в полной мере остановилась на некоторых спорных вопросах, в том числе утверждении, что Чичакли якобы был агентом спецслужб США и что он якобы вел слежку за Бутом.
Тем не менее, суд признал Чичакли вменяемым. На слушаниях Чичакли достойно держался и, не будучи профессиональным адвокатом, справился с допросом свидетелей, подготовкой ходатайств и смог представить присяжным свою позицию, говорится в судебных документах. Если Чичакли и страдает каким-либо психическим расстройством, то это не мешало ему объективно оценивать происходящее и общаться с адвокатом, заключает судья.
Чичакли, имеющий гражданство США и Сирии, был арестован в январе 2013 года в Австралии по запросу Соединенных Штатов. В конце мая он был экстрадирован в США, где предстал перед судом. Ранее Чичакли заявлял, что дело против него сфабриковано, настаивая на его пересмотре.
Присяжные в декабре 2013 года признали Чичакли виновным по девяти пунктам предъявленных ему обвинений, в числе которых отмывание денег и мошенничество. Присяжные сочли доказанной вину Чичакли в связи с попыткой приобрести два самолета в обход установленных ранее санкций и переправить их в Таджикистан.
Чичакли отказался от услуг адвоката на судебном процессе, решив защищаться самостоятельно. Свою обеспокоенность состоянием Чичакли выражал его адвокат-консультант Марлон Киртон. Он направил в суд соответствующее уведомление, и Чичакли занялись психиатры.


14 авг 2014 Профиль WWW
Модератор
Аватара пользователя

Сообщения: 1574
Репутация: 24
QR сообщения QR code
iOS 5 + ANDROID
Сообщение Re: Судебно-психиатрическая экспертиза по уголовным делам в [#3]
Закралось у меня впечатление, что журналисты попутали. В США подавляющее большинство СПЭ в уголовном процессе проводится для определения способности обвиняемого по своему психическому состоянию предстать перед судом (competency to stand trial) а не определение «вменяемости» (insanity defense). Соотношение примерно 100:1. (См. статью Мотова выше)
Не нашел англоязычные ресурсы с этой новостью. Но кажись речь идет именно о способности предстать перед судом.

_________________
"Безумные представления не составляют необходимого признака психических болезней"
Вильгельм Гризингер


14 авг 2014 Профиль
 [ Сообщений: 3 ] 


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: CommonCrawl [Bot] и гости: 0


Вы можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения


Форум ГСЭ РБ
QR code
iOS 5 + ANDROID
  

Чат


Чат доступен только для пользователей форума из группы «эксперты»

Интересное



Добавить ссылку Все ссылки

Фотогалерея


Добавить ссылку